НАБУ: ущерб по дронам Госспецсвязи вырос с 90 до 254 миллионов. Торговец мебелью и коврами отгрузил 3 900 дронов на 1,5 миллиарда
НАБУ и Офис генпрокурора сообщили о новых эпизодах в деле о закупках дронов Госспецсвязи 2023 года. Оценка ущерба выросла с 90 до 254 миллионов гривен. По данным следствия, цены завышали на 60–90% от рыночных, а победителей определяли заранее: запросы коммерческих предложений отправляли «нужным» компаниям, причём некоторые из них регистрировались уже после того, как запрос был отправлен, а дочерние фирмы использовали для имитации конкуренции. Четверым фигурантам из Госспецсвязи обновили подозрения, ещё одно вручили человеку, которого следствие считает фактическим контролёром частных компаний. Арестовано больше 4 миллионов долларов за границей и 17 миллионов гривен в Украине. Квалификация — часть 5 статьи 191 УК: присвоение в особо крупных размерах. Следствие продолжается, суд решения не принимал: всё, что ниже, — про версию следствия и про систему, а не про приговор.
Одна деталь из материалов делает остальные комментарии почти лишними. Компания «Крион-М», до этого торговавшая мебелью и коврами, поставила около 3 900 дронов почти на 1,5 миллиарда гривен. DJI Mavic 3 и Autel Evo Max 4T. Один Autel в начале этой истории оценивали примерно в полмиллиона гривен. В сентябре 2023-го добавились контракты ещё на 3 400 дронов.
Переведи это в единицы, в которых живёт читатель. 254 миллиона — это не строчка в отчёте, это дроны, которых не будет и которые потом добирают сборами по 100, 200, 500 гривен. В том числе с зарплат тех айтишников, которые параллельно платят военный сбор с ФОПа независимо от того, был ли в этом месяце доход.
И вот здесь настоящий сюжет, а не сумма. Государство разговаривает с мужчиной языком безусловных обязанностей: учёт, сбор, повестка, ТЦК, бус посреди дороги. Взамен требует доверия и объясняет, что сейчас не время задавать вопросы. А потом НАБУ находит, что в закупке критичного оборудования наценка, по версии следствия, доходила до 90%, а фирму-победителя регистрировали через пару дней после запроса. Обязанности у нас безусловные. Ответственность — процессуальная, с апелляциями, сроками и «делом на рассмотрении».
И это не «отдельный эпизод». Рядом второе дело: в ВАКС рассматривают закупки софта и оборудования 2021–2022 годов того же ведомства, среди фигурантов — бывший руководитель Юрий Щиголь, речь о примерно 62 миллионах. Оговорка та же: решения суда нет, человек считается невиновным, пока не доказано обратное. Но когда к одной службе выстраивается два дела о закупках подряд, разговор идёт уже не про отдельных людей, а про конструкцию, в которой это оказалось возможным.
Поэтому когда в следующий раз кто-то объяснит, что критика власти во время войны — это подрыв, вспомни арифметику: 60–90% наценки и есть подрыв, просто оплаченный из твоего военного сбора. Коррупция при режиме Зе работает не как кража из бюджета, а как налог на доверие: сначала у человека забирают право спрашивать, потом деньги, а потом объясняют, что спрашивать неуместно, потому что война. Свобода — это в том числе право знать, сколько стоил Autel.
Два вопроса. Первый: если мебельная фирма способна отгрузить 3 900 дронов на миллиард с лишним, что именно в этой системе называлось «проверкой поставщика»? Второй, тем, кто просит потерпеть и не расшатывать: вы уверены, что люди устали от критики власти, — а не от того, что «нецелевое использование» четвёртый год выглядит самой стабильной отраслью страны?