Как демография влияет на гребцов

Что такое СНГ?

>>Сегодня они слушают репчик в портативных колонках, а завтра придут выгонять тебя с теплого опенспейса.

И писать код сложности O(N^3), где можно было бы обойтись сложностью O(N). Хотя скорее всего они даже не поймут проблемы, компьютеры то стали быстрые, хватит и на «кубик».

А вообще все будет как в книге «Юджин — повелитель времени». Работать будут избранные, а остальные будут жить на велфер и ходить на фитнес.

— А я, — заявил он победным голосом, — из департамента строительства. Могу предложить две тысячи образцов домов современной, ультрасовременной и транспостовой архитектуры…
— Не интересуюсь, — отрезал я твердым голосом.
Он сказал хитро:
— Все бесплатно!
— Ага, так и поверил.
— Входит, — объяснил он, — в минимальный социальный пакет.
— Я старомоден, — пояснил я. — Этот дом мне достался от деда, а тому от его деда, что еще Мамая гонял по Куликову с Дмитрием Галицким… или Волынским, не помню.
— Тогда зайдем с другого конца, если позволите…
— А если не позволю? — буркнул я.
Он понимающе усмехнулся, дескать, ах какая оригинальная шутка.
— Дело в том, — сказал с таким видом крайнего сожаления, словно хоронит тещу и старается не рассмеяться, — что облик вашего дома очень даже портит общий ансамбль коттеджного поселка.
— Ха, — сказал я, — украшает!.. Они же все как из инкубатора!
— Увы, — сказал он со вздохом. — При всей своей оригинальности, еще раз увы, весьма выбивается из общего ряда.
Я сказал победно:
— Ну вот, сами признаете, что украшает!
Он вздохнул.
— Как вы помните, мы все вынуждены жить мирно и счастливо в правовом, демократическом обществе, где все равны. Вы должны быть открыты миру. Если не возражаете против запрета вешать на окна занавески, то тем более не можете спорить с желанием общества видеть вас чистым, хорошо выбритым и опрятно одетым.
Я буркнул:
— Ну?
Он снова бросил украдкой взгляд в сторону небрежно отдыхающей королевы.
— Ваш дом тоже должен быть опрятен. В вашем поселке две тысячи участков, дома разной степени элитарности, но ваш не просто наихудший! Он уже неделю как за красной чертой, понимаете?
Я сказал с подозрением:
— Что-то ваша черта слишком быстро поднимается.
— Общество становится богаче, — напомнил он. — Как только робот занимает место человека, продукции выдается вдесятеро больше! Правительство не может столько средств направлять на освоение космоса и коллайдеры, а воевать уже не получается! Приходится повышать благосостояние граждан.
— Я протестую, — сказал я. — Не хочу быть буржуем. Нельзя стать буржуем и оставаться человеком Флинта!
Он хитро улыбнулся.
— Еще как можно!
— Можно, — согласился я, — это так брякнул, не подумав про наших олигархов. Однако я, как романтик и бунтарь…
Он вздохнул.
— Простите, что перебью. Наш разговор записывается, как вы понимаете. Суд увидит, что вы предупреждены. Потому если в течение трех дней не перестроите дом так, чтобы он соответствовал высоким стандартам вашего поселка и нашего гуманного общества, мы будем вынуждены его снести… и поставить уже по своему выбору.
Я стиснул челюсти, эта гребаная демократия не дает нам жизни, процедил с ненавистью:
— Давайте ваши проекты!
К счастью, бумаги он доставать не стал, развернул рулонный дисплей и начал примитивно прогонять по экрану пальцем фото различных домиков, как одноэтажных, так и трехэтажных.
Я ткнул пальцем.
— Вот этот… нет-нет, мотните взад на пару штук… Вот этот! Так и быть, это убожество стерплю.
Он мягко улыбнулся, прямо Манилов какой-то на две трети и на треть Чичиков.
— Все дома в поселке разные, но все-таки… все-таки должны быть в одном стиле. Понимаете?
— Нет, — ответил я.
— Никаких небоскребов, — пояснил он, — что испортят вид и внесут когнитивный диссонанс.
— Я выбрал небоскреб?
— Нет, — признал он, — но это из ряда вон. Вам обновят дом по социальному пособию, а это значит, никаких излишеств и наворотов. Простой двухэтажный дом где-то от двухсот восьмидесяти квадратных метров, это минимум, ниже опускаться нельзя, и не больше четырехсот двадцати. Выбор у вас может быть только в этих пределах.

демография одна: перепроизводство производителей. рожают же придурки «для себя», а не для рынка труда, для реального спроса. после великих депрессий начинались революции и войны — выпиливали друг друга те кто друг другу не был ни кастомером ни разрабом. нюанс в том что кастомера в нынешнее время уже тяжело удивить (вау-эффект). уже всего хватает, кроме охуенных секс-роботов.