Робототехника +53%, ракеты +75%: куда записались пацаны

Приёмная кампания 2026 года стала самой массовой за всё время большой войны. Данные Минобразования пересказывает dev.ua: подано больше 1,3 миллиона заявлений, бакалаврами стали больше 237 тысяч человек — на 16% больше, чем годом раньше. Плюс больше шести тысяч пошли в аспирантуру.

Компьютерные науки — традиционно в тройке лидеров по бюджетному набору: государство оплатит учёбу почти трём тысячам первокурсников-айтишников. Но интереснее не они. Набор на бюджет по автоматизации, компьютерно-интегрированным технологиям и робототехнике вырос почти на 30%, на электрическую инженерию — больше чем на 40%. А по желаниям абитуриентов: робототехника +53%, авиационная и ракетно-космическая техника +75%.

Семьдесят пять процентов роста на ракеты. Вот вам портрет 2026 года без единого слова аналитики: семнадцатилетние идут туда, где, как они видят по новостям, страна чем-то занята по-настоящему.

Теперь вторая половина этой арифметики, которую Минобразования в пресс-релизе не пишет, потому что считает заявления, а не мотивы. Студент — это отсрочка. Не домысел и не наше предположение: именно студентов правительство этой же осенью перечисляет первыми, когда обсуждает, кого выкинуть из базы для расчёта квоты бронирования — «студенти, доглядальники, батьки трьох дітей». Аспирантура, те самые шесть тысяч человек, — отсрочка следующего уровня.

Как эта отсрочка работает на практике, на этой же неделе рассказал DOU авиационный инженер Владислав Даниленко — человек, который из Днепра дистанционно считал ремонты для Boeing 747. Вся его история стоит прочтения целиком, но нас сейчас интересует один абзац:

У компанії була опція бронювання, і в 2024 році я вступив до аспірантури — хотів займатися науковою діяльністю, але за рік відрахувався звідти. Усе було не так, як я очікував. Таймінги бронювання і відстрочки не зійшлися, саме в цей період мене й мобілізували.

ТАЙМІНГИ НЕ ЗІЙШЛИСЯ. У человека была бронь по работе и отсрочка по аспирантуре — два документа от одного и того же государства, — и в щель между их датами он уехал по мобилизации. Сейчас он в Силах беспилотных систем: собирает и анализирует данные о силах и средствах, передаёт координаторам пилотов актуальные цели. Говорит, что служба его полностью устраивает. Место в Boeing за ним держат, коллеги пишут и спрашивают, как дела.

Смеяться здесь не над чем и не над кем: человек служит, делает это толково и говорит об этом спокойно. Злость у меня к другому. Инженер, который держал в воздухе Boeing 747, попал под мобилизацию не потому, что кто-то взвесил, где он нужнее, а потому что у двух бумажек не совпали даты.

И самый полезный совет по планированию карьеры в Украине 2026 года — тоже из его интервью. Заранее знакомьтесь с бригадами, узнавайте про них, общайтесь с рекрутерами: «особисте знайомство дуже багато вирішує в критичний момент». Не диплом, блядь, не стаж и не бронь. Знакомство.

Так что рекорд 2026 года — это и рекорд поступлений, и рекорд людей, которым восемнадцать, и у них есть единственный легальный способ не поехать: учиться. Любить науку при этом никто не запрещает — одно другому не мешает. Только нахуй песни про то, что молодёжь внезапно потянулась к знаниям сама по себе.

Дальше по той же дороге начинается смешное. Государство оплачивает три тысячи бюджетных мест на компьютерные науки в год. В сентябре на всю отрасль в дефтеке было 123 вакансии для новичков — за месяц, по данным Сыроварни. Три тысячи бюджетников в год против ста двадцати трёх вакансий в месяц — охуенная воронка. Ребята из набора-2026 выйдут на рынок в 2030-м, и к тому моменту им предложат: очередь на вакансию, требование «умение работать с ИИ» и зарплатную планку, до которой джуна никто не дотянет.

И тут вспоминается то, что уже было. На Ебаном в 2023-м разбирали «свободную кассу» как реальность студентов, а в 2022-м — как в GoIT из двухсот студентов более-менее активны были десять. Разница только в том, что тогда вопрос был «найду ли я работу», а сейчас — «доучусь ли я вообще».

Отдельно хорошая новость, без иронии: больше половины поступивших получили ту или иную поддержку — бюджетное место или грант, который частично покрывает контракт. Для магистров грант — от 27 до 40 тысяч гривен в год. Это в год, напомним.

Складываем всё, что государство сделало за эту осень для парня, который только что поступил. Оплатило ему место на робототехнике. Дало грант, если не хватило на бюджет. И в том же месяце предложило правило, по которому его отсрочка перестанет учитываться в квоте, когда он придёт работать на предприятие. Пиздец, какая цельная стратегия.

Министерство, кстати, вместе с World Bank Ukraine обновляет ЕДЕБО — базу, через которую всё это считается. Реестры у нас всегда обновляют вовремя, с этим проблем нет: в ТЦК данные на этого же парня появятся сами, без World Bank и без модернизации. Проблема всегда с тем, что в реестре про человека записано и кто решает, что с ним дальше. А решают это, сука, не в ЕДЕБО.