От почтовых голубей до Интернета или За что боролись, на то и напоролись

Рядовой житель Земли проводит онлайн шесть с половиной часов ежедневно. В США 7 часов, в России 8 часов, в Польше 6 часов. Данных по Украине в этой статистике нет, но наверняка там не меньше, чем среднесуточно по миру (а то и больше, учитывая инфодемию коронавируса, а затем и инфодемию войны).

При этом чаще всего юзеры используют интернет для чатиков, соцсетей, поиска инфы и покупок. Для обучения его используют в 24% случаев. В то же время чуть более половины пользователей заходят в интернет с телефона.

картинка не сохранилась в архиве

При этом в топ-5 самых популярных сайтов помимо Google, обязательно будут соцсети Facebook и Instagram. И даже Youtube, берущий серебряную медаль в конкурсе популярности — и тот превратился в своего рода соцсеть, где можно опубликовать статью и получить на неё лайки/комментарии. О Фейсбук-баталиях можно и не упоминать — по любому вопросу, будь то цвет чайника, стоимость яиц или язык Киевской Руси, там будут точиться запеклые бои незнакомых друг другу диванных экспертов всех мастей.

Очевидно одно — люди стали так соединены друг с другом, как никогда ранее.

Раньше человек мог всю жизнь прожить в селе и увидеть за это время 100 человек. Сегодня же в Украине около 70% граждан живут в городах, и лишь 30% — в селах.

Села — это про горизонтальные связи. Домики невысокие, вокруг есть место, можно выйти и на углу с кем-нибудь потрындеть. Города — это про вертикальные связи. Вокруг мало места, можно выйти и потрындеть, но уже в бар или паб, что не каждому по душе, да и влетает это в копеечку. Об этом пишет в книге про Лондон второй половины XX века уже не помню какой автор. Здесь он говорит об удивительной ностальгии некоторых лондонцев по трущобам:

Когда-то интернет был селом
Иметь свою электронную почту было почетным. Но еще круче было иметь свой сайт. И указывать этот сайт на визитке. До людей было еще сложно достучаться, проще — по телефону. И каким же таинством были опутаны истории про успешное соединение двух компьютеров в локальную сеть в одной квартире! Кабелем! А возможность написать что-то на одном из этих компьютеров и увидеть эти же слова в чат-программе на другом компьютере? Просто сказка. Возможность играть в какие-нибудь малопиксельные слабомощные игрулины по локальной сети — тоже было чем-то невероятным. Книги по TCP/IP и устройству Интернета читались как откровения Иоанна.

И вот появляются чатики по типу всяких Bigmir.net — и там все общаются о всякой всячине, прячась под никами. Но никто еще не тулит свою отфотошопленную рожу на аватарку, потому что:
1. Это было бы неприлично / слишком эгоцентрично
2. Фотошоп использовался для более важных задач

Да и вообще — зачем? Это же интернет — тут люди познают новый вид общения, делятся мнениями, рассказывают анекдоты, и никто не пытается торговать собой. Ни одной сетевой блядины! Несмотря на возросшую массовость, интернет — всё еще место для избранных, по примеру плееров от Apple, которые узнавались по белым (да как они посмели!) наушникам.

Появляются ICQ, qip, и прочие программки, которые позволяют общаться тет-а-тет с людьми и заводить новые знакомства. Но по-прежнему люди для связи чаще пользуются телефоном и СМС. В это же время e-mail всё глубже проникает в нашу жизнь и часть общения уходит туда — на почту. В этот момент ощущается уже легкое пренебрежение контактом с человеком — ведь отправить письмо на электронный ящик в 100 раз проще, чем на реальный почтовый! Можно даже писать неприлично короткие письма в 1-2 предложения (то, чего не стерпело бы настоящее бумажное письмо).

И вот чатики постепенно перекочевали в Фейсбучек
На аватарках стали появляться настоящие фото хозяев акаунтов, никнеймы заменили настоящие имена и фамилии. Стали строиться виртуальные «города». Где соседями могли быть совершенно незнакомые друг другу люди. Но эти люди могли одобрять или осуждать друг друга с помощью меток на дверях — палец вверх или палец вниз. Затем этих меток стало больше — смех, злость, слезы, удивление, какашка и так далее.

И вот живет человек в этом виртуальном городе. Каждый день. И ставит отметки на двери незнакомых ему людей. И получает такие же отметки в свой адрес. А если повезет — то и целый комментарий. От совершенно незнакомого человека, с которым он никогда не виделся и никогда не увидится. Зато увидит его реакцию. На публикацию или на комментарий. Или даже увидит реакцию на реакцию — и так до бесконечности. Добро пожаловать в гиперсоединенный мир! Мир, в котором люди одиноки как никогда (как и подобает жителям мегаполисов), и мир, где можно читать мысли людей.

Да, здесь футуристы немного дали маху. Кто ж мог подумать, что «мыслепреступления» будут определять не с помощью хитрого оборудования, в тайне от подозреваемого, но всего лишь с помощью соцсетей и новой нормы — выкладывать всё, что думаешь, на публику. Или почти всё. Некоторые темы, за которые тебя может предать остракизму невидимая, но ценная «лайками» толпа, всё же лучше избегать. Но в целом, вываливать свои мысли без редактуры, корректуры и малейшей оценки (то, чем занимались редакторы газет, журналов и книг) — стало нормой. Оказывается, что любой «пук» мозговой извилины теперь имеет право занимать своё почетное место в цифровой вселенной. И что даже державные мужи вынуждены на эти «пуки» реагировать, заигрывая с толпой идиотскими смайликами. Что это, как не деградация общественно-политических устоев?

Интернет на Западе уже даже пытаются включить в перечень «коммунальных услуг». Приравнивая его к электричеству или горячей воде. И что-то в этом есть, ведь можно сэкономить так много времени, оплачивая коммуналку онлайн, вместо того, чтоб толпиться в грызущихся очередях в Ощадбанке. Да и заказ онлайн — потрясающая штука. И много еще чего стало намного удобнее делать с помощью интернета. Но это освободившееся время будто тут же забирает другой вид цифрового досуга. В частности — посмотреть кто, что, где сказал, как на это отреагировали незнакомцы, как отреагировали другие незнакомцы на слова этих первых незнакомцев и так далее. Городской житель забрался в свою квартирку на 20-м этаже и теперь строит виртуальные многоэтажки — из незнакомцев, комментариев, реакций и других виртуальных сущностей. И вот ты идешь по улице (по настоящей улице), в кои веки видишь старого знакомого, вы начинаете говорить, и тут вдруг по его словам ты начинаешь понимать какие Youtube-каналы он смотрит, на какие Телеграм-группы подписан, каких «экспертов» читает. Ведь ты тоже на них подписан! Ни одной своей мысли. Лишь трансляция того, что ему сказали в цифровом мире. Сам человек при этом считает, что обладает какими-то ценными инсайдерскими данными (о да, как и миллионы других читателей «экспертов»), но по факту — ни одной своей мысли родить не может. Разучился думать, бедняжка. Но, а когда тут думать-то? Ведь надо всё время реагировать, то есть эмоционировать. Зато можно наконец расслабиться — ведь ты, таким образом, как бы стал частью общего «разума». Разума социального. Одного на всех. Разве не к этому вела нас вся история эволюции человека?

Раньше считалось, что «если тебя нет в интернете, то тебя нет». И тогда все удивлялись, цокали языками и таки соглашались, мол «ну да, если у тебя нет хоть сайтика или акаунта в Facebook, то многие люди никогда не узнают о твоем существовании». Сегодня же мы приходим к новому витку — «если ты не реагируешь, то тебя нет». Молчать по некоторым вопросам стало невозможным, потому что толпа в интернетах выдвигает ультиматумы: «Отреагируйте, или мы будем считать, что вы «за»». А даже если нет толпы… то тебе нужно реагировать, чтоб твои публикации показывались в ленте повыше. Мол, «смотрите, я активен, я жив, вот-с, публикую-с каждый день».

Интернет стал динамичен
Но если раньше он питался электричеством, то теперь питается и нашей психической энергией. Мы, по сути, толкаем его своими эмоциями, создавая таким образом робота, который работает на двигателе сгорания психической энергии. Если перестать реагировать — Веб «умрет» (то есть всего лишь станет намного более статичным и спокойным). Народ перестанет реагировать, перестанет вовлекаться, станет больше времени проводить друг с другом вживую, а корпорации… ах, какая жалость, не смогут продавать им свою рекламу с экранов. У них не станет хватать денег на бесконечные серверы, хранящие терабайты фоток, видосиков и лайков, которые можно в любой момент использовать против пользователя. Поэтому они вас не отпустят. И будут придумывать любые ухищрения, чтоб прилепить вас к экранам пожизненно — либо с помощью инфодемий, либо обязательных к установке программ типа Дій.Вдома / Дія, либо создания неудобств на бытовом уровне: «ой, а у нас билетик только через приложение можно купить» / «ой, у нас нет физических менюшек, сосканируйте QR-код и читайте с телефона».

Таинства интернета больше нет.

Человек всю свою историю пытался улучшить/облегчить коммуникацию. Барабаны на поле боя передавали команды флангам и арьергарду; сигнальные башни вспыхивали огнями и окутывались дымами, чтоб возвестить о приближении противника; голуби чуть не прокладывали своими пушистыми тушками колеи в воздухе средневековой Европы, неся, привязанными к лапкам, интриги и сплетни королям и кардиналам; и вот наконец мы приблизились к абсолюту — возможности написать совершенно незнакомому человеку что угодно на другом краю Земли. Inter-net явил себя. Между-сеть. Она стала слишком «между» (как в фильме «Превосходство» с Джонни Депом).

Что будет дальше?
Плебс, ясное дело, ничего не поймет и уйдет с головой в Дивный новый мир. И лишь остатки здравомыслящих придут, так или иначе, к новому (хорошо забытому старому) — к жизни без интернет-общения, насколько это возможно. К Extranet.

— Привет, а ты уже провел себе Экстранет?
— Да, уже неделю пользуюсь.
— И как тебе?
— Как никогда ранее! Представляешь, я не читаю, наконец, тысячи мыслей тысяч незнакомцев. Я не вижу тысячи фото людей, которых никогда не увижу. И меня совершенно не беспокоят мнениях этих толп, я теперь могу формировать своё, и держать его при себе. Либо пойти на митинг и там заявить о нем. Но мне лень, значит, наверное, это не так уж и важно. Я перестал жить, оглядываясь на интернет-мнения незнакомцев. Я не знаю, что происходит в каждом уголке Земли и даже в каждом уголке моей страны. Зато я лучше знаю, чем живет моя родня и друзья — я редко пишу письма, чаще звоню. Порой приезжаю. И во время этих встреч все лишние наслоения отпадают. Лишь изредка я слышу из уст родни обрывки прочитанных новостей и мнений — я их сразу различаю. В такие моменты у меня появляется ощущение, что я снова общаюсь не с живым человеком, а с био-ретранслятором.
— Что будешь делать?
— Ждать, пока они тоже проведут себе Экстранет.