Как обвинить Agile в том, что девушки не могут стать программистами

На Builtin.com вышла статья с провокационным заголовком «Первые евангелисты Agile были бы не против посмотреть, как он умрет» (Agile’s early evangelists wouldn’t mind watching it die) авторством евангелиста Lean и Agile — госпожи Мэри Поппендик.

В ней она сокрушается, что Agile (внезапно) пошел не туда. Конечно забавно видеть такие слова от человека, который уже более 15 лет активно педалит тему Аджайла как новой религии и спасительной таблетки для разработчиков и бизнеса всего мира, выступая на бесчисленных конференциях, пописывая книженции, и зарабатывая этим на жизнь. Но мы пока не будем углубляться в дебри этого монстра, который стал де-факто стандартом во многих корпорациях (более 90% курсов по Agile заказывают не-IT-компании) и сделал офисных работников по всему миру несчастными, забитыми и стрессующими из-за ежедневного риска внезапного увольнения, о чем в книге «Lab Rats — How Silicon Valley Made Work Miserable for the Rest of Us» рассказывает Dan Lyons (обязательно издание 2018-го года, так как в 2019-м обиженные паны из крупных IT-компаний Кремниевой долины с помощью судов отцензурили книгу — прим.ред).

С одной стороны она правильно говорит, что:
«Слишком часто Аджайл не о технологиях, а о людях и о том, как всё менеджить и сдавать в срок — но не обязательно сдавать НУЖНОЕ в срок».

Софт теперь стал про проекты, собрания и «быть хорошим» к людям.

Но далее Мэри поставила уже набившую оскомину пластинку об ущемлении женщин:

Если вы посмотрите на Agile, то где в итоге оказываются женщины? Правильно — они оказываются Скрам-мастерами и на других подобных должностях. Это не инжинириг. Это помещение женщины на «женское место», в отличие от инженерской работы. И я думаю это очень плохо.

Интервьюер подхватывает:
«И ее (Мэри — прим.ред) беспокойства не беспочвенны! Женщины доминировали в компьютерных профессиях с самого их зарождения в 1940-х вплоть до 1960-х. Как только польза компьютеров стала очевидной, эти профессии стали переходить мужчинам. Женщины-программисты вернулись в 1980-х, составляя 37% выпускников факультетов компьютерных наук в 1984, но с тех пор их количество постепенно падало, и началось это как раз когда появились первые ПК. Сегодня женщины составляют примерно четверть выпускников факультетов компьютерных наук».

Во-первых, какая разница сколько выпускников и каких факультетов составляют женщины? То, что они получили корочки «модных специальностей» — не значит, что они пойдут работать в IT. А если и пойдут, то скорее всего не в программирование, а куда-нибудь, где полегче — в тестирование, менеджмент, дизайн, на худой конец в HRы. Что же до программирования компьютеров в 1940-60х и на современных ПК, то сравнивать их — это всё равно что сравнивать стрельбу из лука и пулемета. Вроде бы и функция одна и та же, но фактические различия слишком велики, чтоб ставить их рядом.

Что значит «профессии стали переходить мужчинам»? Мировое правительство постановило не нанимать женщин? Обиженные мамками CEO дали команду HR’ам не нанимать девушек? Учитывая бесконечную жадность капиталюг, намного охотнее верится в то, что они бы и мать родную продали за способного, надежного, дешевого девелопера, неважно какого он пола.

Интервьюер не унимается:
«Разница между теми, кто изучает программирование, выливается в разницу карьерных достижений. Женщины-программисты, которым за 35, в 3.5 раз чаще оказываются на джуниорских должностях, в отличие от мужчин. Когда женщин повышают, то часто на нетехнические роли, которые связаны с софт-скилами (общением). Эти должности во многих компаниях считаются менее престижными и желанными.

По словам Мэри, если Agile-методологии создают больше нетехнических позиций и уводят фокус с решения технических задач, рост их популярности продолжит работать против женщин-программистов».

Во-первых, даже если действительно женщины за 35 в 3.5 раза чаще оказываются на джуниорских позициях, чем мужики (кстати, а что с теми, кому меньше 35?), то этому может быть мильйон причин, помимо пола (об этом ведь намекает Мэри).

Например, женщины, как правило, хуже отстаивают свои интересы, чем мужчины, они хуже торгуются и проще соглашаются на то, что им предложат. Там, где девушке предложат джуниорскую позицию и она согласится, хлопец скажет «идите вы нахрен» и получит свою мидловую позицию. И таких биологическо-психологических особенностей очень много. Я уж молчу о том, с каким трепетом изголодавшиеся программисты рассматривают резюме от девушек-разработчиц, искренне надеясь, что она пройдет техническую часть собеседования, и тогда их ежедневную греблю скрасит коллега женского пола, возможно даже не очень красивая, но всё равно ЖЕНЩИНА! (к слову о том, как яро мужики якобы не допускают женщин до гребли)

Agile играет на руку женщинам
Теперь что касается Agile’a, который якобы работает против женщин-программистов, потому что их спихивают на «женские позиции». Если это и правда так, то для большинства женщин, которые в гробу видали программирование, — это огромное счастье и шанс попасть в IT. Господи, да толпы женщин МОЛИЛИСЬ бы за возможность войти в IT на позицию словоблуда, которому не нужно ковырять код и можно ни за что не отвечать (то, чем занимаются Скрам-мастера и Аджайл-коучи). И с точки зрения женщин — именно массовый Agile — их способ укрепиться в IT и получать франклины. И поверьте, если женщина-программист толковая и сама решает поставленные задачи — её будут носить на руках и не стыдиться затыкать ею серьезные технические пробоины. Никто не «ссылает» в Скрам-мастера шарящих программистов. Если же это происходит, значит вы не тянете и вас пытаются хоть каким-то боком оставить в компании. Может даже за красивые глаза, как знать! Поэтому женщинам надо радоваться, что есть Agile!

Кроме того, за последние годы научиться программировать стало заметно легче, чем в 90-х и начале 2000-х — кругом куча обучающих материалов, онлайн-курсов, книг, «менторов» — учись не хочу!

Согласно опросам ДОУ (хоть они и не особо репрезентативны) среди программистов в 2019 — 11% женщин, тогда как три года назад (в 2016) их было 7,3%. Также сделаем поправку на традиционно бедственную экономическую ситуацию в Украине последние несколько лет, что ещё больше толкает женщин, как более способных к выживанию, на всякую дичь, будь то проституция телом или мозгом (работа в аутсорсе). То есть, несмотря на слабый рост по проценту в год, женщины всё равно в массе своей предпочитают оставить в сторонке программирование и заниматься дизайном, тестированием, бизнес-аналитикой и менеджментом. И их прекрасно можно понять! Зачем сушить мозги говнокодом, если для этого есть хлопцы-задроты?

Однако закончим на хорошем:

Сегодня мое любимое слово — инжиниринг. Просто дайте инженерам быть инженерами.

Что ж, забавно слышать подобные слова от евангелиста Agile и Lean методологий, которые по сути убивают инжиниринг на корню, заставляя программистов становиться белками в колесе, где они каждые две недели под «чутким руководством» заказчика (Customer satisfaction by early and continuous delivery of valuable software) пытаются слепить из говна конфетку лишь затем, чтоб уже в следующем спринте всё переделывать.

Спасибо, Мэри, но уже поздно пить боржоми.

P.S. Когда гуглил слово «Аджайл» в Вики — опечатался и написал «Аджал»:

Аджа́л (араб. أجل‎ — рок, время‎) в исламском вероучении — неизбежное окончание срока жизни, отпущенного каждому живому существу (в частности, программисту) Аллахом.

Совпадение? Посоны и мурки, да мы ж по Аджалу работаем! Йо-хо-хо!
Мэри, вернис! Ты была права!

По мотивам Builtin.com