Подход к Танечке

Вечерами становилось особенно тяжко. Я сидел в пыльном кресле, в полумраке, и мне хотелось выть на Луну. Лютое чувство к Танечке изводило меня так, что хотелось выбежать во двор и рыть землю руками или запрыгнуть на дерево и спрятаться в его ветвях.

Сегодня, выпив 0.75 бутылку дешевого коньяка, я решил действовать. Купил цветок — нелепое красное пятно на длинном стебле и коробку конфет. Признаюсь ей в любви и возможно станет легче.

Шатаясь, я перемещался по узким извилистым улицам как глист в кишках монстра. А вот и ее дом. Сердце стучало как дикий африканский барабан. Нажал кнопки домофона и услышал ее голос:

— Кто там?
— Это я… Базука.

Дверь открылась. Танечка была в коротком красном платье с какой-то невообразимой прической, сильно накрашена. Похоже на какое-то мероприятие.

Оказалось, что в квартире еще две ее подружки. Одна — разжиревшая бабища с лицом похожим на запеченую картошку, вторая — бледная с синими мешками вокруг маленьких злобных глаз. Из разговора стало ясно, что жирная залетела от какого-то мужика на джипе и планировалась свадьба. Танечка представила меня подругам по имени-отчеству и сказала, что я технический директор. Я слабо что понимал, во мне плескался литр коньяка.

Жирная с интересом уставилась. В ее глазах читалось удивление, зависть к подруге и злоба. Как будто у нее на руках был король, а Танечка неожиданно показала ей двух тузов. Бледнолицая молчала сканировала меня злобными глазками как рентген. Я вышел из-за стола в туалет, чтобы проблеваться, слушая их разговор.

— Танюха, ну надо ножки-то раздвигать иногда, — доносился голос жирной.
— Сколько Колька-то вокруг тебя крутился, нормальный же мужик. А знаешь что? Иди прямо сейчас к техническому директору и отсоси ему! Пока он в туалете.
Бабы засмеялись. Я прижался к стене.

Вдруг заговорила третья бледная кикимора, до сих пор не сказавшая ни одного слова.
— Это не директор. Он слишком дешево и хуево одет. Это программист!
Зависла мертвая тишина, я слышал только как капает кран.

— Ахахахаха! — раздался безумный дикий рев жирной бабы. — Точно, Светка! Это програмист! Ахахаха!
— А ну пошла нахуй отсюда, жирная блядь! И ты на хуй, бледная пизда! Все нахуй! — кричала Танюша. Я не думал, что ее нежный голос может быть таким злым. Послышался топот. Бабы двигались к выходу.
— Отсоси у програмиста ахахаха! — на прощание выкрикнула жирная.
— Я тебя щас сковородкой уебу!
Потом все стихло. Когда я вышел, Танюша сидела закрыв лицо руками. Я сел рядом, она прижалась к моему плечу и разрыдалась. Ее близость вызвала эрекцию. Я акуратно взял ее руку и положил на него. Танечка отдернула руку как будто ее ударило током.
— А ну нахуй пошел отсюда, задротина!

Я выбежал на улицу и растворился в темноте.